Sad... but true
Пророк распят, повсюду плач,
И слёзы льёт глупец палач,
Закрыли тучи небосклон,
И погребальный слышен звон,

Венок из тёрна падал вниз,
Ты знаешь… женщины каприз,
Разрушил жизнь, когда поднос,
Взяла, с главой, чуть вздёрнув нос,

Исчезла совесть в этот миг,
Ум – как сухой цветок поник.
Младенцев убивали всех,
Увидев в этом лишь успех,

Но уцелел младенец тот,
Он вырос и собрал народ,
Им говоря о небесах,
О правосудия весах,

Он говорил им о чудном,
О Боге, праведном, святом,
Людей он мёртвых воскрешал,
Лечил и бесов изгонял,

Его и чтили и любили,
«Он Бог» - в народе всё твердили,
Его сторонники везде,
За ним бродили как в узде.

Но власть не терпит чужаков,
Не избежать стальных оков,
Разбойника избрал народ,
И содрогнулся небосвод,

«Вселюбящий» разгневан был,
Свою любовь он в миг забыл,
Обрёк на муки род людской.
Им посылая жуткий зной,

Какой он добрый, этот «Бог»,
Излил он милости поток,
И ныне мир в кромешной тьме,
А люд рождается в войне,

Мстит бог за сына своего,
А мы всё молим у него,
То счастья дать, то денег нам,
Мы уподобились ворам,

«Ну по скотине и хозяин».
Ты думал что ты сам «боярин»?
Не понимаешь слов – есть кнут,
Звук его слышен там и тут,

В итоге вестники его.
Клеймят всех кто не чтит того.
Кого распяли на кресте,
Прощенья просят всё везде,

Уж он небось устал от слов,
И от двуличных сих скотов,
Кои влезают еле в рясы,
Страдая от больной заразы,

Им гордость затмевает взор,
И их удел – только позор,
Подумай – прежде чем их чтить,
Лишь книги могут научить,

Простого одеянья вид,
Пускай тебя не удивит,
Маска актёра, просто в жизни,
По разуму сыграем тризны,

Что было ночью – то днём стало,
Всё человечное пропало,
Пустой и мёртвый, тусклый взор.
А в нём невежества узор,

Убит был тот – кто должен жить,
Спасли кого приказ казнить,
Не зная сущности людей,
Среди врагов ищем друзей,

Религию свели на нет,
И заменили тьмою свет,
И правят деньги даже там,
Повсюду ложь лишь и обман,

Клеймят все злого Сатану.
А сами – у него в плену,
Причём, никто их не ловил,
Сам человек замок закрыл,

Сердце как лёд, пожар в глазах,
Молитва вроде на устах,
Но ум их алчный и слепой,
Навеки увлечён собой,

Зови меня еретиком,
Или безумцем и глупцом,
Но ты понять можешь и сам,
Всю ложь церковных панорам,